Как я воспользовался пьяной девушкой друга

Вот как это было. Я до сих пор иногда дрочу, вспоминая ту ночь. Всё началось так невинно, а закончилось тем, что я выебал спящую подругу своего лучшего кореша, пока он храпел в соседней комнате.

Мы отмечали его день рождения у него дома. Бухлишко рекой, музло долбит, все орали и ржали. Саша, мой друг уже много лет, уже к часу ночи вырубился в своей спальне — нажрался как свинья. А вот его девушка, Маша, осталась. Красивая сучка, 22 года, длинные тёмные волосы, упругая задница и сиськи третьего размера, которые всегда слегка выпирали из майки. Мы с ней всегда флиртовали на грани, но никогда не переходили границ. Она знала, что я хочу её, а я знал, что она иногда смотрит на меня с интересом.

К трём ночи все разошлись. Маша тоже была в хлам — глаза стеклянные, ноги заплетаются, но она ещё пыталась убрать со стола. Потом плюнула, плюхнулась на большой кожаный диван в гостиной и вырубилась почти мгновенно. Лежала на спине, ноги слегка раздвинуты, короткая юбка задралась почти до бёдер, а тонкие чёрные трусики-стринги так соблазнительно обтягивали её гладко выбритую киску. Я сидел в кресле напротив, якобы смотрел телефон, а сам не мог отвести глаз. Член уже стоял колом, пульсировал в штанах.

«Бля, ну это же Маша… подруга Саши… нельзя так», — думал я, но руки уже дрожали. Сердце колотилось так, будто я грабил банк. Я встал, тихо подошёл. Дыхание ровное, глубокое — спит мёртвым сном. Я опустился на колени между её ног. Руки тряслись, когда я осторожно подцепил пальцами края трусиков и медленно стянул их вниз по бёдрам. Ткань слегка прилипла — она уже чуть-чуть намокла от алкоголя и жары. Я снял их совсем, засунул в карман джинсов как трофей.

Её киска была идеальной. Розовая, гладкая, маленькие губки чуть приоткрыты. Я наклонился ближе, вдохнул запах — сладкий, пьяный, женский. И не выдержал. Языком провёл по всей длине, от ануса до клитора. Маша даже не шевельнулась. Я стал лизать глубже, раздвигая языком её губки, обсасывая клитор. Она была солоноватая. Язык кружил, я чмокал, тихо причмокивал, как голодный. Через пару минут её киска стала мокрой по-настоящему — блестящая, вся в моей слюне и её соках. Я услышал, как её дыхание стало чуть чаще, бёдра едва заметно дрогнули. Она не проснулась, но тело реагировало. Это меня завело ещё сильнее.

Я расстегнул ширинку, вытащил свой толстый член — он стоял как камень, головка уже блестела от выделений. Правой рукой я начал медленно дрочить, а языком продолжал вылизывать её. Лизал глубоко, засовывал язык внутрь, потом снова на клитор. Маша тихо застонала во сне, бёдра чуть приподнялись. Я осмелел. Слюнявым пальцем провёл по её анусу — он был тугой, розовый, девственный на вид (возможно, она никогда не давала в попку). Я нажал, и палец медленно вошёл в её попку по первую фалангу. Она была горячая и тесная. Маша снова застонала, уже громче, но глаза оставались закрытыми. Я крутил палец внутри её жопы, одновременно лизал киску и дрочил свой хуй всё быстрее.

Её киска уже хлюпала от моей слюны. Я добавил второй палец в попку — медленно, растягивая. Маша начала тихо постанывать, бёдра мелко дрожали. Я чувствовал, как её анус сжимается вокруг моих пальцев, а киска течёт ручьём. Я был на грани. Встал на колени ближе, приставил головку члена к её мокрой пизде и sexrasskaz.com медленно, миллиметр за миллиметром, вошёл. Бля, как же она была горячая и скользкая. Я застонал сквозь зубы, полностью погрузился — до самых яиц. Начал медленно трахать её спящее тело. Каждый толчок — чавкающий звук её мокрой киски. Я держал её бёдра, смотрел, как её большие сиськи колышутся под майкой.

Она не просыпалась полностью, но тело отвечало: киска сжималась вокруг моего члена, бёдра иногда подавались мне навстречу. Я трахал её всё жёстче, пальцы по-прежнему в её жопе. Напряжение было адское — я знал, что предаю друга, но это только заводило сильнее. «Сучка, ты моя сейчас», — шептал я ей в ухо.

В конце я не выдержал. Вытащил член, встал над ней, яростно подрочил и кончил. Толстые горячие струи спермы выстрелили ей на живот, на грудь под майкой, на гладкую киску и даже на губки. Я выдавил каждую каплю, размазал головкой по её клитору. Маша тихо всхлипнула во сне, бёдра дёрнулись, и я увидел, как её киска снова сжалась — будто кончила вместе со мной.

Я быстро вытер её трусиками, надел их обратно — теперь они были мокрые от моей спермы и её соков. Поправил ей юбку, сел обратно в кресло. Сердце колотилось. Через десять минут она слегка пошевелилась, открыла глаза, сонно улыбнулась и пробормотала: «Бля, я вырубилась… где мои трусы?..» Я пожал плечами, стараясь не улыбаться: «Ты их сама сняла, жарко было». Она хихикнула, потянулась и снова закрыла глаза.

Я знал, что это неправильно. Но теперь у меня был её запах на лице, и уверенность, что в следующий раз она, возможно, не будет такой пьяной… и, может, даже не будет спать.