Случайная групповуха после клуба

Клуб уже почти выдохся, когда мы вывалились на улицу. Светало, но фонари ещё горели, а асфальт блестел после короткого дождя. Я шёл чуть сзади, как обычно. Лёха всегда выходил первым — высокий, в расстёгнутой рубашке, с сигаретой в зубах. Он умел так улыбаться, что девки сами подходили спросить, не потерял ли он кого-то. Я так не умел никогда. Макс плёлся рядом со мной и зевал, уже не особо верил, что сегодня что-то будет.

Лёха остановил такси почти сразу. Мы влезли, он сел вперёд и начал болтать с водителем про какие-то объезды. Я смотрел в окно и думал, что сейчас просто доедем до кого-нибудь из нас и разойдёмся спать. Потом Лёха вдруг сказал:

— Стой. Вон та. Подсади.

На остановке стояла девка в короткой юбке и лёгкой куртке. Одна. Смотрела в телефон и явно ждала, когда уже что-то приедет. Водитель притормозил, Лёха опустил стекло и что-то ей сказал. Она наклонилась, послушала, потом коротко кивнула и открыла заднюю дверь. Села между мной и Максом, пахнуло духами и сигаретами.

— Куда едем? — спросил водитель.

— На набережную, — ответил Лёха, не оборачиваясь. — Там где мост старый. Высадишь и всё.

Девка ничего не спросила. Только поправила юбку и снова уткнулась в телефон. Я покосился на её ноги — голые, чуть замёрзшие. Она это заметила и усмехнулась уголком рта, но ничего не сказала. Макс тоже смотрел, только откровенно, и она это видела.

Ехали минут пятнадцать. Лёха болтал с водителем, а мы сидели молча. Девка иногда поднимала голову и смотрела то на меня, то на Макса, будто прикидывала, кто из нас кто. Потом Лёха обернулся:

— Тебя как зовут?

— Катя.

— Катя, — повторил он. — Мы к реке. Просто посидеть, воздухом подышать. Хочешь с нами?

Она пожала плечами.

— А почему нет. Всё равно уже поздно куда-то ехать.

Таксист высадил нас у съезда на набережную. Денег Лёха ему отдал сразу и даже не стал ждать сдачу. Мы вышли. Река была тёмная, вода почти не шевелилась. Слева тянулась пустая дорога, справа — бетонный парапет и дальше кусты, а за ними уже песок. Катя застегнула куртку и пошла за Лёхой, который сразу свернул вниз, к воде. Мы с Максом шли следом. Под ногами хрустел гравий. Никого вокруг не было — только далёкие огни моста и редкие машины наверху.

Лёха шёл уверенно, будто уже знал, куда. Я смотрел на спину Кати и думал, что она даже не спросила, кто мы такие и зачем именно к реке. Просто шла. Юбка чуть задиралась при каждом шаге, и Макс, идущий сбоку, уже не отрывал от неё взгляда. Я тоже смотрел. Член начал подниматься ещё в такси и теперь уже не сходил. Лёха остановился у края песка, огляделся и сказал:

— Дальше. Там за поворотом кусты густые. Никто не увидит.

Катя кивнула и пошла за ним, даже не сбавив шаг.

Мы прошли ещё метров двести. Песок стал мягче, слева уже не было парапета — только низкие кусты и редкие деревья. Лёха свернул за ближайший куст и остановился на небольшом пятачке, где песок был сухой и ровный. Вокруг темно, только сверху, с дороги, иногда проезжала машина и бросала свет на воду. Снизу нас никто не видел.

Катя остановилась рядом с ним и закурила. Я и Макс подошли ближе. Лёха тоже достал сигарету, закурил и сразу положил ей руку на талию. Она не убрала. Стояла, курила и смотрела на реку, будто так и должно быть.

— Холодно немного, — сказала она через минуту.

— Сейчас согреемся, — ответил Лёха и провёл ладонью ниже, по её бедру. Юбка задралась ещё сильнее. Катя ничего не сказала, только затянулась и выпустила дым в сторону. Макс уже стоял совсем рядом с ней с другой стороны. Я остался чуть сзади и просто смотрел.

Лёха докурил быстро, бросил окурок в песок и повернул её к себе. Она сама шагнула ближе. Он нагнулся, поцеловал её в шею, а руки уже полезли под куртку. Катя выдохнула и чуть откинула голову. Куртку она не снимала, только расстегнула. Под ней была тонкая майка без лифчика. Лёха сразу задрал майку вверх и взял её за сиськи. Небольшие, с тёмными сосками, которые сразу затвердели на воздухе. Он мял их, а она стояла и курила вторую сигарету, которую Макс ей поднёс.

Потом Лёха сказал:

— Опустись на колени, милая.

Катя посмотрела на него, потом на нас с Максом и пожала плечами. Бросила окурок и опустилась прямо на песок. Юбка задралась окончательно, под ней были только тонкие трусики. Лёха расстегнул штаны и достал член. Он был в полустоячем состоянии. Она взяла его рукой у основания и сразу взяла в рот, без всяких предисловий. Сосала неторопливо, но глубоко — до самых губ, потом чуть отстранялась и снова насаживалась. Лёха держал её за затылок и иногда толкался глубже.

Макс уже тоже достал свой. Стоял сбоку и гладил ей волосы. Катя почувствовала, повернула голову и взяла его член в другую руку, начала дрочить, не выпуская член Лёхи изо рта. Я стоял и смотрел. Член у меня уже болел от напряжения, но я пока не лез. Лёха трахал её рот короткими толчками, а она стонала горлом и продолжала работать рукой по Максу.

Через минуту она сама отстранилась от Лёхи и перешла к Максу. Взяла его в рот так же глубоко, а Лёхе начала дрочить. Песок под коленями уже прилип к её ногам, но ей было всё равно. Она сосала по очереди, иногда вынимала, чтобы сплюнуть слюну на головку, и снова насаживалась. Лёха смотрел на это и усмехался.

— Хорошая девочка, — сказал он. — А теперь давай обоим сразу.

Катя кивнула, приоткрыла рот шире и подставила его. Лёха и Макс встали ближе, и она стала брать то одного, то другого, иногда пытаясь держать оба члена у губ и облизывать. Слюна стекала по подбородку на майку. Я всё ещё стоял в стороне, но Лёха обернулся ко мне:

— Чего стоишь. Давай сюда. Она не против.

Катя посмотрела на меня снизу вверх, не выпуская Макса изо рта, и коротко кивнула. Я шагнул ближе и расстегнул ширинку.

Я достал член и шагнул вплотную. Катя сразу взяла его в свободную руку и начала дрочить, не выпуская хер Макса изо рта. Потом выпустила член Макса, облизнула губы и перешла на меня. Губы у неё были горячие и мокрые, она сразу взяла глубоко, почти до основания, и начала работать головой. Я чувствовал, как головка упирается ей в горло, а она не давится, только иногда чуть отстраняется, чтобы вдохнуть, и снова насаживается.

Лёха и Макс стояли по бокам и смотрели. Катя сосала мне минуты две, потом снова переключилась на Лёху, потом на Макса. Она уже не выбирала — просто брала того, кто ближе, и работала ртом и руками. Слюна текла по подбородку, капала на песок и на её майку. Юбка задралась совсем, трусики были мокрые насквозь — это было видно даже в темноте.

Лёха вдруг отступил назад и сказал:

— Встань. Снимай всё.

Катя поднялась, вытерла рот тыльной стороной ладони и стянула куртку. Потом майку через голову. Грудь у неё была небольшая, соски твёрдые. Она расстегнула юбку, скинула её вместе с трусиками и осталась голая. Стояла на песке босиком, чуть расставив ноги, и смотрела на нас.

Лёха толкнул её к ближайшему дереву. Она опёрлась ладонями о ствол, прогнулась и выставила зад. Он сразу пристроился сзади, провёл членом между ягодиц, потом направил вниз и вошёл в киску одним толчком. Катя выдохнула и чуть подалась назад. Лёха начал трахать её сразу быстро и глубоко, держа за бёдра. Каждый удар отдавался шлепком по её заднице.

Макс подошёл сбоку, взял её за волосы и повернул голову к себе. Она открыла рот и снова взяла его член, пока Лёха долбил её сзади. Я стоял и смотрел, как её сиськи качаются от толчков, а по внутренней стороне бёдер уже стекает смазка. Лёха трахал её минуты три, потом вышел, развернул её лицом к себе и толкнул на колени. Она села на песок, открыла рот, и он кончил ей прямо на язык и на губы. Катя проглотила всю сперму, что попала в рот, а остальное слизнула с подбородка.

Потом Лёха отошёл в сторону, закурил и кивнул мне:

— Давай ты.

Я подошёл, она уже поднялась и снова опёрлась о дерево. Я вошёл в неё сзади. Киску уже хорошо разработали, она была мокрая и горячая. Катя застонала и сама насадилась глубже. Макс встал перед ней, и она сразу взяла его хер в рот. Я трахал её медленнее, чем Лёха, но глубже, каждый раз до конца. Она стонала в член Макса и иногда отстранялась, чтобы сказать «ещё» или просто выругаться сквозь зубы.

Макс тоже не выдержал долго. Он вынул член у неё изо рта, пару раз дёрнул рукой и кончил ей на лицо — на щёку и на губы. Катя закрыла глаза, подождала, пока он закончит, потом открыла рот и слизала то, что стекало. Я продолжал долбить её сзади. Она уже почти не стояла, только держалась за дерево и подставлялась.

Я ускорился. Катя уже не стонала громко — только коротко вскрикивала на каждом толчке и сильнее прогибалась. Макс отошёл, сел на песок и закурил, а Лёха стоял рядом и смотрел, как я её трахаю. Я держал её за талию и вбивался до конца, чувствуя, как она сжимается вокруг члена. Через минуту она сама начала двигать задом навстречу, и я понял, что долго не продержусь.

— Кончай внутрь, — сказала она хрипло, не оборачиваясь.

Я сделал ещё несколько глубоких толчков и кончил. Сперма пошла сразу резкими толчками, я чувствовал, как она заполняет её. Катя застонала и замерла, пока я дотрахивал последние капли. Когда я вышел, сперма потекла по её бёдрам вниз, на песок. Она не стала вытираться — просто осталась стоять, опираясь на дерево, и тяжело дышала.

Лёха подошёл, взял её за плечо и развернул к себе. Катя опустилась на колени сама, без слов. У него уже снова стоял. Она взяла его член в рот и начала сосать, хотя только что глотала и была вся в сперме. Лёха трахал её рот недолго — пару минут — и снова кончил ей в горло. Она проглотила всё, не отрываясь, и только потом отстранилась и вытерла губы.

Макс к этому времени уже поднялся. Он подошёл сзади, пока она ещё стояла на коленях, и провёл членом между её ягодиц. Катя чуть подалась вперёд, но не возразила. Макс плюнул себе на ладонь, смазал её зад и медленно начал входить в анус. Она напряглась, выдохнула сквозь зубы и опустила голову. Член входил туго, но она не останавливала его — только сжала кулаки и ждала. Когда он вошёл до конца, она тихо выругалась и сама чуть качнулась назад.

Лёха сел на песок перед ней и подставил член. Катя сразу взяла его в рот, пока Макс начал двигаться в её заднице. Сначала медленно, потом быстрее. Она сосала и стонала одновременно, слюна снова текла по подбородку. Я стоял и смотрел, как её зад растягивается на члене Макса, а из киски всё ещё вытекает моя сперма.

Через несколько минут Макс вышел из неё, развернул и толкнул на спину прямо на песок. Катя легла, раздвинула ноги. Он лёг сверху и снова вошёл ей в зад, уже легче. Лёха встал над её лицом, и она открыла рот. Я подошёл сбоку, она взяла мой член рукой и начала дрочить, не переставая sexrasskaz.com сосать Лёхе. Макс долбил её в анус короткими жёсткими толчками, а она только глухо стонала и продолжала работать ртом и рукой.

Песок прилипал к её спине и волосам, но никто не обращал на это внимания. Лёха кончил ей в рот третий раз за ночь, она проглотила и сразу перешла на меня. Макс тоже не стал тянуть — ускорился и кончил ей прямо в зад. Когда он вышел, сперма потекла из её ануса на песок. Катя лежала, тяжело дыша, с открытым ртом и членом у губ, и не пыталась закрыть ноги.

Катя ещё немного полежала, потом села и начала искать свои вещи. Юбку и трусики она нашла быстро, майку тоже. Куртку накинула не застёгивая. Вытерла лицо краем майки, сплюнула в сторону и закурила. Мы тоже оделись. Никто ничего не говорил. Только Лёха спросил:

— До такси дойдёшь?

Она кивнула.

— Нормально. Я тут рядом живу.

Мы поднялись на набережную. Уже совсем рассвело, машины ехали чаще. Катя шла чуть впереди, курила и не оглядывалась. На остановке она остановилась, посмотрела на нас и коротко улыбнулась.

— Мне понравилось, мальчики. Может, ещё как-нибудь повторим.

Потом подошла машина, она села и уехала. Мы остались втроём. Лёха закурил новую сигарету и сказал:

— Поехали уже. Спать хочу.

Макс зевнул и кивнул. Я ничего не ответил. Просто пошёл за ними к дороге ловить такси. Песок всё ещё был в ботинках, а на руках пахло ей. Больше никто ничего не сказал до самого дома.