Жара обволакивала нас. Воздух в деревянной коробке сауны был обжигающим, с терпким запахом эвкалипта, который щекотал ноздри. Мы с Леной рухнули на верхнюю полку, распластавшись на грубых полотенцах. После часового марафона в качалке каждая мышца ныла приятной усталостью, а жар проникал глубоко внутрь, выгоняя последние остатки напряжения. Я закрыл глаза, слушая тихое шипение камней, на которые плеснул воды какой-то невидимый мастер. Когда я их открыл, то увидел их. Пара, сидящая напротив, на ступеньку ниже. Он – высокий, с гибким,...
Меня зовут Вадим, и в тот вечер я сидел в своём кожаном кресле. Руки за спиной были туго стянуты её шёлковым шарфом. Рот был залеплен широким скотчем, при каждом вдохе вырывался тихий, свистящий звук. Я был зрителем на собственном приватном спектакле, режиссёром которого стала моя жена. Алёна, моя прекрасная Алёна, парила по комнате. На ней было чёрное кружевное бельё, которое подчёркивало каждый изгиб её божественного тела: упругую грудь, тонкую талию, округлые, соблазнительные бёдра. Запах её духов — амбра и жасмин — сводил с ума. Она...
Дверь в подвал скрипнула, словно последнее предупреждение, прежде чем захлопнуться за моей спиной. Звук щелчка замка прозвучал громче, чем любой шум в моей тихой, упорядоченной жизни офисного менеджера. Сердце колотилось где-то в горле, пульсируя в кончиках пальцев. Я стояла наверху узкой лестницы, вглядываясь в мерцающую темноту внизу. Воздух был тяжелым, пахло старым деревом, кожей и чем-то сладковатым — воском, как я позже поняла. После недель осторожных переписок, обсуждения границ, безопасного слова — «красный» — я была здесь. В логове...
Сегодня утром я пила кофе и смотрела, как мой муж, Алексей, режет тосты. Его руки, такие знакомые, такие родные, двигались уверенно. На его лице была улыбка, не просто обычная утренняя, а какая-то тайная, заряженная. «Ну как?» — спросил он, и в его голосе прозвучало не только любопытство, но и возбуждение. Я потянулась через стол, коснулась его пальцев, липких от варенья, и сказала: «Все было именно так, как мы хотели. Даже лучше». А теперь я здесь, одна в тишине нашего дома, и мне нужно излить это все. Напечатать, чтобы выпустить наружу этот...
До сих пор не могу прийти в себя. В голове – каша из вины и дикого возбуждения. Всё началось с дурацкой идеи провести выходные на старой даче. Я, моя жена Катя и мой лучший друг, Сергей. Мы с ним как братья, юность прошли вместе, а потом и взрослая жизнь. Он – как часть семьи. Но сегодня всё перевернулось с ног на голову. Баня топилась с обеда. Этот запах – смесь раскаленного дерева и берёзового веника – всегда действовал на меня как наркотик. Расслаблял, раскрепощал. Видимо, не только на меня. Мы уже хорошо так поддали. Коньяк и холодное...
Опять этот корпоратив. Я ждал до трёх ночи, ворочался в холодной постели и прислушивался к каждому шороху в подъезде. А когда она наконец вернулась, то ввалилась в прихожую не как обычно — уставшая и сонная, а… другая. От неё пахло алкоголем и чужими духами, каким-то пряным, мужским одеколоном, который впился в ноздри, как укол. Она была пьяна, но не в отключке, а в какой-то лихорадочной возбуждённости. Глаза блестели, как стекляшки, губы растянуты в пьяную, виноватую, но такую сладостную улыбку. «Привет, муженек… Прости, задержались», —...
Жизнь людей в посёлке городского типа была размерена, спокойна и для кого-то просто скучная. Летний зной ещё больше замедлял темп жизненного уклада. Воздух над раскалённым асфальтом дрожал, сливаясь с парами бензина у заправки «Нефть-Сервис». Внутри кондиционированного офиса АЗС пахло остывшим кофе, пылью от оргтехники и лёгкой, едва уловимой нотой женского тела — это была Ирина, бухгалтер и иногда кассир. Ей было сорок, но она знала, что выглядит хорошо. Тело, хоть и рожавшее, сохранило форму — упругие бёдра, высокая грудь, которую она до сих...
Лена уехала к родителям на выходные, я балдею – пивко, футбол. Вечером субботы звонок в домофон – Светка, её подруга. Говорит, за вещами заскочила, Лена что-то ей обещала отдать. Открываю. А она... в таких штанах, что жопа отдельным приветом, и кофточка с таким намёком. Пахнет чем-то сладким, типа персика. Заходит, я как раз вино открыл красное, ну, чисто чтобы не скучать. Предложил. Она улыбнулась так: «Ну, чуть-чуть». Сидим на кухне, пьём. Говорим о всякой фигне, вспомнили ту нашу поездку на шашлыки, как они с Ленкой напились и пели песни...
Всё началось с полуночного разговора, с вина и с той откровенности, которая приходит, когда все социальные маски уже сняты. Мы лежали в постели, и она, задумчиво водя пальцами по моей груди, сказала: «А представь, если бы… другой мужчина?» Не как измена. Как спектакль. Для нас. Идея повисла в воздухе. Мы обсуждали это неделями. Ревность боролась с любопытством, страх – с низким, грязным возбуждением. В итоге я согласился. Не потому, что был храбрым, а потому что любил её и боялся, что эта невысказанная фантазия станет между нами стеной. Вот...
