Это история началась, год назад. Когда мы с женой запланировали отдых, на дальних островах, в пятизвездочном бунгало. Именно здесь, под пальмами мне хотелось уделить внимание своей красавице, а именно лаская её тело, с ночи до утра. Если честно до поездки, я даже специально не приставал к ней, чтобы напасть по прибытию. Первый день на отдыхе, прошел спокойным, мы осмотрели весь остров, прошлись вдоль берега, по катались на велосипеде, и на вечер заказали романтический ужин в ресторане с итальянским вином. После всего, с легка по тискав друг...
Ночь опустилась на поле быстро, будто накрыла колосья теплым и большим одеялом. Воздух стал вязкий, горячий. Я почти пила его, чувствуя, как он стекает в легкие, согревает и при этом тревожит, будто зовет куда-то за поле. Ночь шумела. Ветер пробегал по полю и растворялся в невысоких деревьях березовой рощи. Между стволами то и дело вспыхивали желтоватые огоньки светлячков. Я вышла на улицу всего на мгновение, но ночной ветер будто не отпускал меня. Он завораживал, заставляя меня то вздрогнуть от неожиданной прохлады, то, наоборот,...
Все началось с дурацкой, пьяной шутки. «Раз у тебя фишки кончились, ставь жену», — хрипло рассмеялся Серёга, постучав толстыми пальцами по столу. Все заржали. Я сидела на кожаном диване у стены, курила и делала вид, что смотрю какой-то сериал на огромном телевизоре, хотя слышала каждое слово. Музыка играла тихо — какой-то блюз, кажется, — создавая фальшивую, томную атмосферу в этой холостяцкой берлоге моего мужа. Меня зовут Алина, мне двадцать восемь. Моему мужу, Игорю, тридцать пять. Он успешный, немного уставший от жизни IT-шник, который от...
Солнце палило нещадно, заливая теннисный корт золотистым светом. Элитный клуб «Золотая ракетка» в этот полуденный час был почти пуст — богатые клиенты предпочитали утренние или вечерние тренировки, чтобы не потеть под июльским зноем. Но Ксения Воробьёва, 32-летняя бизнесвумен с идеально уложенными светлыми локонами и фигурой, которую она гордо называла «выточенной в спортзале», любила бросать вызов. Даже погоде. Даже себе. Ксения стояла у сетки, лениво постукивая ракеткой по ладони. Её белоснежная теннисная юбка едва прикрывала бёдра, а...
Жара в Техасе в тот день стояла невыносимая. Кондиционер в их просторном доме на окраине Хьюстона снова барахлил, и Карина уже второй день изнывала от духоты. Муж, вечно занятый на работе, только развел руками: «Вызови электрика, пусть починит» — и укатил в офис, оставив её одну в этом пекле. Карина сидела на кухне, потягивая ледяной лимонад, и думала о том, как ей всё надоело. Надоела рутина, надоел этот дом, надоело даже то, как её муж, Майк, целовал её в последнее время — будто по расписанию. Ей хотелось... чего-то нового. Острого....
Ловко перепрыгнув через забор, я оказался в неизвестном мне месте, где до меня поди не ступала нога нормального и адекватного человека. Это был двор местной очень странной и в чем-то пугающей женщины, которую мы в своих кругах негласно называли «ведьмой». Странные дела порой творились в нашем «богом забытом» городке и в основном, это было связано с этой самой «ведьмой», нагонявшую на всю округу страх. И не желая связываться с ней как-то лично, мало кто осмеливался приближаться к её дому, наслушавшись всяких там страшных небылиц про неё. Но я...
Когда Арина в очередной раз осталась у них ночевать, Лена как обычно отнеслась к этому спокойно — она давно считала подругу почти членом семьи. «Ты же знаешь, она одна в своей квартире, ей там скучно», — сказала она, стягивая с себя футболку и залезая под одеяло. Он кивнул, не споря. Арина была красива. Не агрессивно, не броско — просто свободная, живая, и вечно слегка неуместная в их выверенной супружеской рутине. Ходила в его рубашках, брала еду из их холодильника без спроса, смеялась в голос над вещами, которые Лена вообще не замечала. Она...
Темнота. Повязка на глазах не дает разглядеть, где она. Лишь голос — низкий, спокойный, с едва уловимым насмешливым оттенком — скользит по коже, заставляя сердце биться чаще. — Ты дрожишь — его пальцы провели по ее плечу, и она резко вдохнула. — Но не от страха. Она хотела возразить, сказать что-то резкое, но язык будто прилип к небу. Его прикосновения обжигали, даже сквозь ткань платья. — Я не причиню тебе боли, — он наклонился так близко, что губы почти коснулись ее уха. — Если ты будешь слушаться. Его рука скользнула вниз, обвивая талию, и...
Привет... Устал? Может выпьем?... Нет... Вижу по глазам, что тебе хочется чего-то другого... (шепотом) Кажется я догадываюсь чего именно... шепчу на ушко всякие непристойности, покусывая за мочку... Расстегиваю рубашку, медленно... Пуговицу за пуговицей... Ты обнимаешь меня за талию и целуешь в губы... Мне нравятся твои прикосновения, от них дрожь по телу... такая приятная... а сладкий вкус твоих губ меня возбуждает и я целую тебя все сильнее... Твои руки опускаются ниже, ты проводишь рукой по моей попке, затем снова возвращаешь одну руку на...
